Ford GT90: суперкар, которого испугались его же создатели

Ford GT90 — концепт-кар Ford Motor Company, представленный 8 января 1995 года на Detroit Auto Show как «самый мощный суперкар в мире». Построен в единственном экземпляре.

Детройт, январь девяносто пятого. На поворотном подиуме белая клинообразная штука, у которой углов больше, чем у иного здания, и свет софитов от нее буквально отскакивает. Публика еще не знает названия, а пресс-релиз Ford уже готов назвать ее «самым мощным суперкаром в мире». Ford GT90 — вот как назовут этот клин через минуту, и с этой минуты начнется одна из самых странных биографий в истории концепт-каров девяностых.

Белый клин посреди Детройта

Единичный прототип Ford GT90

Ford GT90 появился на публике восьмого января 1995 года, на Detroit Auto Show, и появился так, что зал слегка притих — не от восторга, а скорее от растерянности: никто толком не понял, что перед ними. Не спорткар в привычном смысле, не витринная игрушка дизайнеров, а что-то среднее между истребителем и болидом, только на четырех колесах и с номерным знаком в теории.

Ford тогда переживал не самые скучные времена: концерн скупал европейские марки одну за другой, готовил почву под будущий Premier Automotive Group, и вот тут, посреди этой корпоративной суеты, у инженеров SVT — спецподразделения, которое обычно возилось с Мустангами и Кобрами — родилась идея показать, что Америка тоже умеет строить суперкар не хуже, а то и покруче европейских. Получилось действительно громко, чего уж там.

Реакция публики была двоякой. С одной стороны — восхищение формой, с другой — недоверие к цифрам, которые Ford озвучивал с уверенностью, достойной лучшего применения. 720 лошадиных сил, разгон до сотни за три секунды с копейками, скорость за двести тридцать миль в час — и все это в 1995-м, когда даже McLaren F1 считался почти инопланетной техникой. Люди слушали и хмыкали: ну-ну, посмотрим.

Имя, вросшее в легенду

Остекление GT90 из тонированного стекла скрывает передние стойки и конструкцию крыши

Название Ford GT90 — не просто индекс из букв и цифр, а прямая отсылка к GT40, той самой машине, что в шестидесятые обыграла Ferrari в Ле-Мане и стала для Ford почти священной коровой. Девяностый в имени — просто следующий шаг по условной шкале, никакой мистики, хотя фанаты потом долго гадали, что бы это значило на самом деле.

Формально GT90 задумывался как духовный наследник GT40 — не прямой потомок, а скорее внук, которому позволили унять фамильные амбиции по-своему. От предка ему достались отдельные штрихи: двери, врезающиеся в крышу, общая посадка водителя почти на уровне асфальта. А вот все остальное — совсем другая история, никакого копирования формы шестидесятых, только настроение.

Забавно, что хронологию потом пришлось переписывать. Изначально GT90 планировали как мост между GT40, полузабытым GT70 семидесятых и будущей серийной машиной. Но когда планы на серию свернули, историю аккуратно подрихтовали — и преемником GT40 официально сделали уже другую машину, тот самый Ford GT, что появился десять лет спустя. GT90 в этой цепочке остался вроде бы лишним звеном, хотя как раз он и подготовил почву.

Грани вместо обтекаемости

Минималистичные треугольные задние фонари у Ford GT90 со встроенными поворотниками — самый узнаваемый элемент дизайна автомобиля

Ford GT90 первым в истории марки продемонстрировал философию, которую в компании назвали New Edge — «новая грань», если переводить буквально, хотя по-русски это скорее «острые углы вместо мягких обводов». До GT90 Ford экспериментировал с этим языком на менее заметных концептах, но именно суперкар довел идею до крайности: ни одной плавной линии, только грани, стекла и резкие переходы поверхностей.

Кузов слепили из карбона — материала, который в середине девяностых для серийных марок звучал почти как фантастика. Треугольные секции, острые кромки капота, огромное лобовое стекло, будто взятое от истребителя, — все это делало GT90 объектом скорее авиационным, чем автомобильным. Задняя часть тоже не молчала: активный спойлер, треугольный выхлоп на четыре порта — по числу турбин, разумеется, — и все это вместе смотрелось так, будто машина сама себя стесняется быть просто машиной.

Интерьер выдержали в контрастной гамме — ярко-синий с карбоном, никакой сдержанности. Дизайнеры явно не собирались извиняться за смелость, наоборот — чем ярче, тем лучше. И вот что странно: спустя тридцать лет форма GT90 не выглядит устаревшей музейной штукой, она до сих пор читается как нечто из будущего, которое так и не наступило.

Мотор, сваренный из двух моторов

В заднем бампере два фонаря заднего хода и прямоугольные воздуховоды

В основе Ford GT90 лежал двигатель, которого прежде не существовало ни в одном каталоге — 5,9-литровый V12 с квадротурбонаддувом, рожденный, без преувеличения, хирургическим путем. Инженеры взяли не готовый блок, а буквально сварили его из двух серийных агрегатов, и получившееся чудовище стало едва ли не главной легендой всей истории машины.

Технически это выглядело так: два блока модульного 4,6-литрового V8 (того самого, что стоял в Lincoln Town Car, Crown Victoria и Мустангах) укоротили на два цилиндра каждый и сварили электронно-лучевой сваркой в единый двенадцатицилиндровый блок. Головки блока — четырехклапанные, тоже от серийной 4,6-литровой линейки, только парами, сваренными вместе с каждой стороны. Получился абсолютно самобытный V12, которого больше никогда и нигде не выпускали — ни до, ни после.

К этому монстру добавили четыре турбины Garrett T2, заявленную мощность подняли до 720 «лошадей» и 660 фунто-футов момента. Испытывали новый мотор, что характерно, не в самом GT90 — под капот обычного Lincoln Town Car поставили опытный образец, добавили пневмоподвеску и увеличенные тормоза, и уже потом, обкатав силовой агрегат на этом маскировочном муле, пересадили его в кузов будущего суперкара.

Позаимствованный скелет

Под карбоновой кожей Ford GT90 скрывался не совсем «фордовский» скелет — большую часть шасси, подвески и трансмиссии позаимствовали у Jaguar XJ220, благо в середине девяностых Jaguar как раз принадлежал Ford, и ресурс марки грех было не использовать. Соты алюминиевого монокока, двойные поперечные рычаги подвески, пятиступенчатая механика от FF Developments и Ricardo — все это перекочевало почти без изменений, разве что раму пришлось удлинить под новый двигатель.

Решение выглядело прагматичным до цинизма: зачем изобретать шасси заново, если под рукой уже есть готовое и проверенное у другого британского бренда концерна. За полгода — именно столько заняла вся разработка — команда под руководством главы SVT Джона Колетти собрала машину практически с нуля, и без донорских деталей от XJ220 уложиться в такой срок было бы попросту нереально.

Бюджет проекта, к слову, тоже впечатляет своей скромностью — около трех миллионов долларов, сумма смешная для машины такого калибра. Правда, была во всей этой экономии и обратная сторона: Ford в те же годы прикупил еще и Aston Martin, а значит, дорогой двенадцатицилиндровый суперкар с британскими корнями рисковал стать прямым конкурентом собственной же люксовой дочке. Совпадение, которое потом сыграет не последнюю роль в судьбе всего проекта.

Цифры, в которые верили не глядя

Официальные характеристики Ford GT90 звучали настолько внушительно, что сама компания годами избегала слова «проверено» — везде фигурировали «заявленные», «расчетные», «теоретические» показатели. 720 сил при 6300-6600 оборотах, 660 фунто-футов момента, разгон до 60 миль в час за 3,1 секунды, четверть мили за 10,9 — цифры, которые в середине девяностых ставили GT90 в один ряд с McLaren F1, а по некоторым пунктам и выше.

Максимальная скорость гуляла в источниках от 235 до 253 миль в час в зависимости от того, кто и когда ее пересказывал — сам Ford, судя по всему, точной цифры так и не подтвердил официальным заездом. И этому есть простое объяснение: турбины GT90 в реальности так толком и не заработали в полную силу, часть заездов и показов проходила с обходом наддува, чтобы не спалить машину раньше времени.

Отдельная легенда — про выхлопную систему. Температура выхлопных газов, если верить пресс-материалам, была настолько высокой, что грозила прожечь заднюю часть кузова, и для защиты панелей инженеры якобы использовали керамическую плитку — по типу той, что стоит на брюхе космического шаттла. История красивая, растиражированная почти в каждой статье про GT90, хотя точных инженерных подтверждений этому найти сложно — скорее это часть той мифологии, которую сама компания охотно поддерживала.

Зачем построили и почему не пустили в серию

Формально Ford объяснял появление GT90 иначе, чем можно было бы подумать — не как обещание будущей серийной модели, а как испытательный стенд: полигон для технологий, инженерных решений и дизайнерских приемов, которые потом могли всплыть в обычных серийных Ford. Никаких твердых обещаний поставить машину на конвейер компания официально не давала, хотя весь тон презентации намекал ровно на обратное.

Причин, по которым GT90 так и остался единственным экземпляром, называют сразу несколько, и все они складываются в довольно логичную картину. Во главе угла — конфликт интересов внутри собственного гаража брендов: шестизначный ценник и двенадцать цилиндров вплотную подбирались к территории Aston Martin, которую Ford как раз выстраивал как свою британскую витрину роскоши. Ставить рядом еще и американский суперкар с похожими амбициями значило откровенно спорить самим с собой.

Добавьте сюда стоимость производства донорских деталей от XJ220, штучную сборку двигателя, который вообще никогда не выпускался серийно, и общую турбулентность внутри Premier Automotive Group — и картина складывается сама собой. GT90 оказался слишком дорогим удовольствием ради самого себя же — красивым жестом, а не бизнес-планом. И это, пожалуй, честнее любых официальных формулировок, которые компания раздавала журналистам тогда.

Где он сейчас

Судьба единственного построенного Ford GT90 после мотор-шоу девяностых сложилась почти детективно. Машина на годы выпала из публичного поля зрения, изредка мелькая на закрытых показах — в частности, добралась до британского телевидения, где Джереми Кларксон прокатил ее для Top Gear под характерный вой турбин и дымящуюся резину. А затем — тишина, склад, архивы концерна, как это часто бывает с концепт-карами, которым не нашлось места в серийной линейке.

В 2010 году машина внезапно всплыла на аукционе — и так же внезапно была снята с торгов еще до начала продажи, без внятных объяснений. На несколько лет след снова затерялся, и в среде коллекционеров это породило целый пласт слухов: одни считали GT90 утраченным навсегда, другие — надежно спрятанным где-то в частной коллекции. Как позже выяснилось, второй вариант оказался ближе к истине.

Сегодня единственный Ford GT90 находится в собственности Hajek Motorsports Museum в городе Эймс, штат Оклахома, а с осени 2024 по лето 2025 года машину показывали публике на выставке Modern Concepts в Petersen Automotive Museum — том самом культовом автомобильном музее Лос-Анджелеса. Параллельно GT90 давно живет своей второй жизнью в поп-культуре: масштабные модели, диекасты Hot Wheels, постеры на стенах у мальчишек девяностых, да и в автомобильных видеоиграх машина успела засветиться не раз. Странно, но факт — суперкар, так и не ставший серийным, оказался куда более узнаваемым символом эпохи, чем добрая половина машин, которые все-таки доехали до дилерских шоурумов.